Молитва русского крестьянина

Постараемся детально ответить на вопрос: молитва русского крестьянина на сайте: молитва-богу.рф - для наших многоуважаемых читателей.

Стихи (2)

Одоевский Александр

Содержание

  • В начало
  • Перейти на

Александр Иванович Одоевский родился в 1802 году, получил хорошее домашнее образование. В нем рано пробудилось стремление к литературному творчеству, но, по традиции, девятнадцатилетним юношей он вступил па военную службу. Проходила она в конногвардейском полку, его товарищами были офицеры – высокообразованные люди, с “утонченным,- по отзыву Одоевского,даже строгим вкусом”. К этому времени относится и его тесное общение с двоюродным братом – Владимиром Федоровичем Одоевским, ставшим впоследствии известным писателем, философом и общественным деятелем, на формирование взглядов которого Александр Одоевский оказал большое влияние. В. Ф. Одоевский пишет: “Александр был эпохою в моей жизни. Ему я обязан лучшими минутами оной”. В. К. Кюхельбекер отзывался об Александре Одоевском: “Чем более узнаю этого человека, тем более он выигрывает в моем мнении. ” Старший друг Одоевского А. С. Грибоедов называл его своим “питомцем”, “кротким, умным, прекрасным”. Писать стихи Александр Одоевский начал в юности, но был, по-видимому, ими неудовлетворен и уничтожал безжалостно Владимир Одоевский, издававший совместно с Кюхельбекером альманах “Мнемозина”, не мог уговорить брата отдать свои стихи в печать. “Люблю писать стихи, но не отдавать в печать. – отвечал Александр, перефразируя широко тогда распространенную строку Хвостова.- Если бы нужно было пополнить количеством, а не качеством,- так и быть! по дружбе к тебе, но чуждый журнального славостяжапия, я бы прислал к тебе десяток од, столько же посланий, пять или шесть элегий – и начала двух поэм, которые лежат под столом полуразодранные и полусожжепные – по обыкновению”. Сохранился прозаический перевод на французский язык одного юношеского стихотворения Одоевского, сделанный учителем Александра. Стихотворение называлось “Молитва русского крестьянина”. В нем уже ясно видно, насколько нетерпимо относился Одоевский к крепостному праву: “Бог людей свободных, боже сильный! Я долго молился царю, твоему представителю на земле. Царь не услышал моей жалобы. ведь так шумно вокруг его престола! Если, как говорят наши священники, раб – также твое творение, то не осуждай его, не выслушав, как это делают бояре и слуги боярские. Я орошал землю потом своим, по ничто, производимое землей, не принадлежит рабу. А между тем наши господа считают нас по душам; они должны были бы считать только наши руки. Моя суженая была прекрасна,- они отправили ее в Москву, в дом к нашему молодому барину. Тогда я сказал себе: есть бог для птицы, для растений, но нет бога для раба! Прости меня, о боже, в милосердии твоем! Я хотел молиться тебе, и вот – я тебя обвиняю!” Не удивительно, что с таким образом мыслей Александр Одоевский близко сошелся с К. Ф. Рылеевым и А. А. Бестужевым, сделавшись одним из активных членов “Северного общества”. Резко выраженные радикальные устремления Одоевского сочетались в нем с юношескою восторженностью, с романтическим пастроем души. Накануне восстания, узнав, что наступила пора решительных действий, он воскликнул восторженно: “Умрем! ах, как славно мы умрем. ” За участие в восстании 14 декабря Александр Одоевский был приговорен к двенадцати годам каторжных работ. В стихах Одоевского, написанных в заключении, звучит тема верности политическим и нравственным идеалам декабризма, воpa в их конечное торжество, которое наступит после новых битв. Вершиной его поэзии, самым известным из его произведений стал стихотворный ответ Пушкину на его “Послание в Сибирь”. Слова стихотворения “Из искры возгорится пламя” стали крылатыми, они послужили эпиграфом для ленинской “Искры”. По свидетельству современников, в Сибири Одоевский сочинял необычайно много, но большая часть его стихов оказалась утрачена. В 1829 году декабрист П. А. Муханов переслал П. А. Вяземскому тетрадь стихотворений Александра Одоевского. Подборки стихов, при содействии Пушкина и Дельвига, были анонимно напечатаны в “Литературной газете” и в “Северных цветах”. После десяти лет, проведенных на каторге и в ссылке, Одоевский по распоряжению царя был переведен рядовым в Кавказский корпус. Два последних года жизни (заболев малярией, он скончался в 1839 году) Александра Одоевского на Кавказе были согреты дружеским участием его товарищей-офицеров; некоторые из них сами были в прошлом членами тайных обществ и теперь всемерно старались облегчить участь ссыльного декабриста. На Кавказе Одоевский познакомился с двумя замечательными своими современниками: Н. П. Огаревым и М. 10. Лермонтовым. Лермонтов посвятил его памяти одно из лучших своих стихотворений:

Под бедною походною палаткой Болезнь его сразила, и с собой В могилу он унес летучий рой Еще незрелых, темных вдохновений, Обманутых надежд и горьких сожалений.

ДЕВА 1610 ГОДА (К “Василию Шуйскому”)

Явилась мне божественная дев”; Зеленый лавр вился в ее власах; Слова любви, и жалости, и гнева У ней дрожали на устах:

“Я вам чужда; меня вы позабыли, Отвыкли вы от красоты моей, Но в сердце вы навек ли потушили Святое пламя древних дней?

О русские! Я вам была родная: Дышала я в отечестве славян, И за меня стояла Русь святая, И юный пел меня Боян.

Прошли века. Россия задремала, По тягостный был прерываем сон; И часто я с восторгом низлетала На вещий колокола звон.

Моголов бич нагрянул: искаженный Стенал во прах поверженный парод, И цепь свою, к неволе приученный, Передавал из рода в род.

Татарин пал; но рабские уставы ?1арод почел святою стариной. У ног князей, своей не помня славы, Забыл он даже образ мой.

Где ж русские? Где предков дух и сила? Развеяна и самая молва, Пожрала их нещадная могила, И стерлись надписи слова.

Без чувств любви, без красоты, без жизни Сыны славян, полмира мертвецов, Моей не слышат укоризны От оглушающих оков.

Безумный взор возводят и молитву Постыдную возносят к небесам. Пора, пора начать святую битву К мечам! за родину к мечам!

Да смолкнет бич, лиющий кровь родную! Да вспыхнет бой! К мечам с восходом дня! Но где ж мечи за родину святую, За Русь, за славу, за меня?

Сверкает меч, и падают герои, Но не за Русь, а за тиранов честь. Когда ж, когда мои нагрянут строи Исполнить вековую месть?

Что медлишь ты? Из западного мира, Где я дышу, где царствую одна, И где давно кровавая порфира С богов неправды сорвана,

Где рабства нет, но братья, но граждане Боготворят божественность мою И тысячи, как волны в океане, Слились в единую семью,

Из стран моих, и вольных, и счастливых, К тебе, на твой я прилетела зов Узреть чело сармат волелюбивых И внять стенаниям рабов.

Но я твое исполнила призванье, Но сердцем и одним я дорожу, И на души высокое желанье Благословенье низвожу”.

“ОТВЕТ А. С. ПУШКИНУ”

Струн вещих пламенные звуки До слуха нашего дошли, К мечам рванулись наши руки, И – лишь оковы обрели.

Но будь покоен, бард!

– цепями, Своей судьбой гордимся мы, И за затворами тюрьмы В душе смеемся над царями.

Наш скорбный труд не пропадет, Из искры возгорится пламя, И просвещенный наш народ Сберется под святое знамя.

Мечи скуем мы из цепей И пламя вновь зажжем свободы! Она нагрянет на царей, И радостно вздохнут народы!

На мосту стояла старица, На мосту чрез синий Волхов; Подошел в доспехах молодец,

Молвил слово ей с поклоном: “Загадай ты мне на счастие, Ворочусь ли через Волхов”. За Шелонью враны каркают,

Плачет в тереме невеста. “Гой еси ты, красный молодец! Есть одна теперь невеста, Есть одна – святая София:

Обручись ты с ней душою, Уберися честно ранами И омойся алой кровью. Обручися ты с невестою:

За Шелонью ляжь костями. Если ж ты мечом не выроешь Сердцу вольному могилы, Не на вече, не на родину,

А придешь ты на неволю!” Трубы звучат за Шелонью-рекой: Грозно взвевают московские стяги! С радостным кликом Софии святой

Стала дружина – и полный отваги Ринулся с берега всадников строй. С шумом расхлынулись волны, вскипели; Двинулась пена седая грядой.

Строи смешались, мечи загремели; Искрятся молнии с звонких щитов, С треском в куски разлетаются брони; Кровь потекла. Разъяренные кони

Грудью сшибают и топчут врагов; Стелются трупы на берег Шелони. Кровью дыми лося поле; стихал В стонах прерывных и замер глас битвы.

Теплой твоей, о София, молитвы Спас не услышит. и Новгород пал. На мосту стояла старица, На мосту чрез синий Волхов:

Не пройдет ли красный молодец Чрез широкий синий Волхов? Проезжало много всадников, Много пеших проходило,

Было много изувеченных И покрытых черной кровью. Что ж? прошел ли добрый молодец. Не прошел он через Волхов.

КН. М. Н. ВОЛКОНСКОЙ

Был край, слезам и скорби посвященный, Восточный край, где розовых зарей Луч радостный, на небе том рожденный, Не услаждал страдальческих очей;

Где душен был и воздух вечно ясный, И узникам кров светлый докучал, И весь обзор, обширный и прекрасный, Мучительно на волю вызывал.

Вдруг ангелы с лазури низлетели С отрадою к страдальцам той страны, Но прежде свой небесный дух одели В прозрачные земные пелены.

И вестники благие провиденья Явилися, как дочери земли, И узникам, с улыбкой утешенья, Любовь и мир душевный принесли.

И каждый день садились у ограды, И сквозь нее небесные уста По капле им точили мед отрады. С тех пор лились в темнице дни, лета;

В затворниках печали все уснули, И лишь они страшились одного, Чтоб ангелы на небо не вспорхнули, Не сбросили покрова своего.

Песнь первая. Славянские девы

Нежны и быстры ваши напевы! Что ж не поете, ляшские девы, В лад ударяя легкой стопой? Сербские девы! песни простые

Любите петь; но чувства живые В диком напеве блещут красой. Кто же напевы чёхинь услышит, Звучные песни сладостных дев,

Дышит любовью, славою дышит, Помня всю жизнь и песнь и напев. Девы! согласно что не поете Песни святой минувших времен,

В голос единый что не сольете Всех голосов славянских племен? Боже! когда же сольются потоки В реку одну, как источник один?

Молитва Иоанна Крестьянина о прощении родовых грехов

Молитва Иоанна Крестьянкина

о прощении родовых грехов.

до меня, во мне, от меня исходящий;

Господи, прости нам тяжкие грехи

детские и соделанные мною от юности

и по сегодняшний день.

И сними кару наказания, проклятия,

заклятия рода моего, до меня,

во мне и от меня исходящего.

Господи! Весь я пред Тобою.

Удостой меня быть в воле Твоей,

потому что я не знаю, что полезно мне.

Ты сотвори брань с врагами моими,

потому что я не способен видеть

всей злобы их и всех их ухищрений.

Часть 13 – Молитва Иоанна Крестьянина о прощении родовых грехов

«Нет, в нас ещё не гаснут их мечты!»

Стихи ссыльного декабриста Одоевского стали известными читателю благодаря друзьям-узникам. Считая их несовершенными, поэт никогда не записывал сочинённого в тетрадь, благо, что это делали те, кто внимательно слушал его. При жизни поэта было напечатано всего 11 стихотворений анонимно, а полное издание его трудов, собранных бароном Андреем Розеном, осуществилось в Петербурге в 1883 г. Одоевский оставил пусть и небольшое (до нас дошло около 60 произведений), но ценное литературное наследие.

Они соединились в его стихах, несущих личностную и героическую окраску. До 1825 г. его произведения выходили под инициалами «А.О.» в журнале «Сын Отечества», одним из первых было стихотворение «Молитва русского крестьянина».

Но не поёт для суеты:

Срывает он душой свободной

Небес бессмертные цветы.

До слуха нашего дошли.

К мечам рванулись наши руки,

Но лишь оковы обрели.

Но будь покоен, бард, цепями,

Своей судьбой гордимся мы,

И за затворами тюрьмы

В душе смеёмся над царями!

Наш скорбный труд не пропадёт –

Из искры возгорится пламя,

И просвещённый наш народ

Сберётся под святое знамя.

Мечи скуём мы из цепей –

И пламя вновь заря свободы!

Она нагрянет на царей –

И радостно вздохнут народы!

Две задуманные в забайкальский период поэмы «Осада Смоленска» и «Дева. 1610 г.» остались незаконченными. В 1829 году в Читинском остроге Одоевский создал одно из самых проникновенных стихотворений «М.Н. Волконской», написанных в жанре послания. Оно посвящено удивительной женщине 19-го века, совсем юной отправившейся в далёкое Забайкалье к своему осуждённому мужу Сергею Волконскому – блестящему русскому офицеру, участнику войны с Наполеоном.

Восточный край, где розовых зарей

на небе том рождённый,

Не услаждал страдальческих очей…

Вдруг ангелы с лазури низлетели

С отрадою к страдальцам

И узникам с улыбкой утешенья,

Любовь и мир душевный принесли.

И каждый день садились у ограды…

Тираноборческие мотивы звучат в стихотворениях А. Одоевского «Старица-пророчица», «Зосима»; тема новгородской вольницы, столь характерная для декабристов-романтиков, пронизывает поэму «Василько», в которой создан образ прогрессивного гуманного правителя. Написанная в Чите, она раскрывает образ Василько как носителя идеи национальной независимости, к нему обращены слова народа:

Живём в любви, на отческой свободе.

Радость и слава! Весело ляжем живые

наш пламенник жизни,

Пусть доблестный дух

до могилы кипит,

Как чаша заздравная

в память Отчизны.

У нас в сердца их врезаны черты.

Пять жертв встают пред нами.

Там с Русью лях воюет за свободу

И в шуме битв поёт за упокой

проливших луч святой

В спасенье русскому народу.

В последние годы жизни Одоевский по ходатайству близких и родных был переведён из холодного Забайкалья на Кавказ, который в 19-м веке также был местом ссылки. Здесь он встретился с поэтом-изгнанником Михаилом Лермонтовым, общение с которым оказалось совсем недолгим, но пронзительно тёплым. Поэт посвятил декабристу стихотворение, в котором он рисует образ благородного юноши, жаждущего свободы и счастья, а нашедшего неволю и безрадостное существование.

Молитва русского крестьянина

Главное меню

Биографии писателей и поэтов

Одоевский Александр Иванович

ОДОЕВСКИЙ Александр Иванович, князь родился [26. XI (8.XII). 1802 Петербург] в старинной дворянской семье – поэт-декабрист.

Александр Иванович получил основательное домашнее обра­зование. Самостоятельные литературные интересы Александра поддерживались близ­ким общением с А. С. Грибоедовым, В. Ф. Одоевским, А. А. Жандром, А. А. Бестужевым, К. Ф. Рылеевым, сре­ди писателей-декабристов шло, и формиро­вание политического мировоззрения Одоевского.

В юношеском стихотворении «Молитва русского крестьянина» (известном лишь во франц. прозаическом переводе) выражено резко отрицательное отношение поэта крепост­ному праву. В своих литературных симпа­тиях Александр Иванович близок декабристской поэзии и критике (Рылеев, Кюхельбекер), утвер­ждая гражданское понимание человече­ских страстей и эстетической категории «высокого», в противовес «элегическому романтизму» и шеллингианской эстетике. В печати Одоевский А.И. в это время почти не высту­пал, хотя творчество его было довольно интенсивным; по-видимому, это было свя­зано с чрезвычайной требовательностью поэта к себе и особенностями его творчес­кого процесса, в значительной мере но­сившего импровизаторский характер. С большой степенью вероятности можно ут­верждать принадлежность поэта лишь одной печатной статьи — «О трагедии «Венцеслав» , сочинение Ротру, переделанной г. Жандром» («Сын Отечества», 1825, № 1).

До 1825 стихи Одоевского сохранились в ничтож­ной части и, по-видимому, были уничто­жены самим автором. Наиболее значитель­но из них стихотворение «Бал» (1825, опубликовано в 1830), где тема бездушия светского об­щества художественно реализуется в об­разе пляшущих скелетов. Существуют сведения об утраченных антиправитель­ственных стихах поэта: одно из них, «Без­жизненный град» , было обнаружено у князя Трубецкого после ареста.

С 1821 Александр Иванович слу­жит в Конногвардейском полку.

Зимой 1824—25 был принят А. А. Бестуже­вым в Северное общество декабристов. В период подготовки восстания Одоевский в кур­се готовящихся событий; он активный участник ряда совещаний (у Оболенского, Рылеева и других); привлекает новых членов в Северное общество и ведет агитацион­ную работу в войсках.

14 декабря Александр Иванович коман­дует заградительной цепью на площади; после подавления восстания и неудачной попытки к бегству арестован и пригово­рен к 12 годам каторги. Во время заклю­чения поэт пережил тяжелый душевный кризис, отразившийся и на его лирике 1826

«Что мы, о боже? — В дом небесный. » ;

однако уже через несколько месяцев он создает исполненное граждан­ского пафоса стихотворение «Сон поэта» (июль 1826 — февраль 1827, опубликовано в 1883).

С 1827—33 Одоевский А.И. проводит на каторжных работах в чи­тинском остроге и на Петровском заводе (за Байкалом), где не прекращает лите­ратурной деятельности и активно участву­ет в «каторжной академии», устроенной узниками с просветительскими целями; сохранились воспоминания о составлен­ной Одоевским русской грамматике и его лекциях по русской литературе, в которых про­явилась его широкая литературная эру­диция.

В 1833—37 Александр Иванович находится на посе­лении (в Елани, затем в Ишиме).

В 1837 переведен в действующую армию на Кав­каз рядовым Нижегородского драгунского полка. На Кавказе поэт попадает в среду ссыльных декабристов, а также встречается с Н. М. Сатиным, Н. П. Огаревым и Лермонтовым, на которых личность Одоевского оказала глубокое влияние.

Умер в укреплении Псезуапе от злокачественной ма­лярии.

С 1827-39 центральной частью литературного на­следия Одоевского являются стихи на национально-исторические темы, завер­шающие эту традицию декабристской поэзии

Будучи непо­средственным откликом на поражение восстания, они разрабатывают тему раз­грома древнерусской вольности и отли­чаются суровым и трагическим лириз­мом. Но, в отличие, например, от «Дум» Рылеева, Одоевский стремится везде выдержать древнерусский колорит, избегая прямых аллюзий и анахронизмов и в ряде слу­чаев основываясь непосредственно на ис­торических реалиях. Интерес к нацио­нальной тематике обусловил и частые об­ращения поэта к народнопоэтическому твор­честву. В центре национально-историчес­ких стихов Одоевского — драматическая судьба гибнущего за свободу героя. Для Александра Ивановича характерно также усиленное внимание к теме народа и его роли в историческом процессе, что явилось отражением раз­мышлений Одоевского над судьбами восстания де­кабристов. Соотношение между «героем» и «народом» для поэта, однако, не вполне ясно, и он остается в пределах представ­ления о надклассовости передового обще­ственного борца. Александр Иванович разрабатывает и ха­рактерную для декабристской лирики тему поэта и поэзии, осложняя образ поэта-гражданина философско-эстетической проблематикой

«Умирающий художник» и другие.

Вообще для творчества Одоевского Александра Ивановича характерно усиление философского начала, которое в значительной мере трансформирует у него традиционный жанр элегии и даже анакреонтическую и любовную лирику, приводя к появлению своеобразных фи­лософских медитаций и лирических моно­логов

«Зачем ночная ти­шина. » ,

«Элегия» («Что вы печальны, де­ти снов. » ),

«Как недвижимы волны гор» ,

«Куда несетесь вы, крылатые станицы?» и другие; нередко, особенно в последние годы творчества, в них звучат ноты одиночества и почти безнадёжности.

В то же время поэт продолжает интенсивно развивать и традиции гражданской поэ­зии декабризма, не только прямо откли­каясь на события декабристской каторги (среди них посвященные женам декабристов стихи «Кн. М. Н. Волконской», «По дороге столбовой» и другие), но и создавая прямые апологии казненных декабристов как мучеников за свободу

«Недвижимы, как мертвые в гробах» .

Одоевскому принадлежат лучшие политические стихи декабристской каторги, проникну­тые убеждением в исторической правоте дела декабристов

«Что за ко­чевья чернеются» ,

«Струн вещих пламен­ные звуки» — ответ на послание Пушкина декабристам. В поэзии Александра Ивановича отразился и острый интерес к национально-освободительному движению в Польше, и сочув­ствие польской революции ( «Славянские девы», «Недвижимы, как мертвые в гро­бах» ).

Стихи Одоевского отличаются большим рит­мическим разнообразием и смелыми поис­ками в области строфики и рифмы. Как философская насыщенность, так и поэ­тика Одоевского в значительной мере подготовили последующие искания русской поэзии (в частности, Лермонтова).

Впервые сочинения Одоевского Александра Ивановича изданы в 1883. Только в советском литературоведении был установлен подлинный состав сти­хотворного наследия поэта, а также пока­зана связь его с декабристской литерату­рой и общественной мыслью, в противо­вес дореволюционному литературоведе­нию, преувеличившему религиозно-мис­тические мотивы его творчества.

Умер – [15 (27).VIII.1839], укрепление Псезуапе на Кавказе.

Оценка 3.3 проголосовавших: 15
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here